Кукла неблагодарная
Название: Плохая девочка
Фандом: Гарри Поттер
Автор: Кукла неблагодрная
Бета: нет, но буду рада, если кто-то вызовется поправить
Размер: миди
Статус: закончено
Тип: гет
Пейринг: ГГ/ЗС, ГГ/Дм - основные
Рейтинг: НЦ-17 или может даже НЦ-21
Жанр: романс
Предупреждения: групповой секс, попытка изнасилования, наркотики, алкоголь - все в легкой версии, но все же
Описание: Гермиона влюбилась в Смита, и это стало началом ее раскрытия себя как сексуальной и привлекательной девушки. Жаль только, что это только начало ее сложной истории
Дисклаймер: Герои - Роуилнг, сюжет - моей фантазии, я тут вообще не при чем

Было стыдно. Было очень, сильно, невероятно стыдно. Гермиона ходила по школе старательно глядя только под ноги. Если замечала боковым зрением кого-то из участников ее эротических переживаний во время вечеринки – делала вид, что занята своими мыслями и поэтому никого не видит. А еще она волновалась, что Захария обо всем узнает. Одно дело, что он поощрял ее к флирту с другими. Но совершенно иное – что она кончила от пальцев Макмиллана.
Но, несмотря на весь стыд и страх, Гермиона все же испытывала удовольствие от воспоминаний о той вечеринке. Она действительно была красива и сексуальна. Невероятно, девушка в жизни бы не подумала, что сможет смело сказать про себя такие слова. Но даже будучи неуверенной в себе, она не могла не признать – то платье сидело на ней сногсшибательно. И парни увивались вокруг нее явно не для того, чтобы списать во время контрольной. Она была привлекательна.
Во время одних из таких размышлений к ней подсел Стеббинс. Гермиона подпрыгнула от неожиданности и схватила книгу, готовая бежать, но взяла себя в руки, и прост отгородилась ею.
- Ты напугал меня.
- Извини, не хотел.
Девушка очень нервничала. Одновременно она смущалась того танца, хотя вспомнить, что было с Макмилланом, и получается, что со Стеббинсом было детское развлечение. С другой стороны, в ней вдруг проснулась кокетка, которая хотела строить ему глазки, убеждаясь – то, что произошло на вечеринке, не случайность. Она хотела убедиться, что по-прежнему, пусть не в том красном платье, остается сексуальной.
- Просто хотел сказать, что мне очень понравился наш танец.
Парень положил руку на колено девушки. Гермиона готова была скинуть ее, но Стеббинс не стал наглеть, и тогда она оставила все как есть.
- Ты, наверное, заметила – Захарии нравится, когда за его девушкой бегает толпа поклонников.
Сложно было не обратить на это внимания, но Гермиона не стала никак комментировать сказанное.
- Поэтому если беспокоишься, что наш танец мог испортить ваши отношения, знай – это напрасно. Чем больше ты флиртуешь с другими, тем больше он хочет быть с тобой. Те, кто вешаются на него и никого вокруг не замечают ему не интересны.
Слышать это от Стеббинса было не очень приятно, но все, что он говорил, соотносилось с тем, что знала Гермиона. Так что даже возразить было нечего.
- Ты мне очень нравишься.
Возникшая неприязнь к парню несколько успокоилась. После этих слов Гермиона больше была занята тем, что скрывала довольную улыбку. Если раньше от таких слов она бы смутилась, то сейчас испытывала больше самодовольство и наслаждение. Видимо почувствовав благосклонность, Стеббинс начал поглаживать сначала колено, а потом уже и бедро девушки. То, что еще недавно прокатило бы на вечеринке, сейчас было весьма неуместным.
- Что ты делаешь?
Рука замерла посередине бедра.
- Извини, мне просто очень хочется к тебе прикоснуться. Ты такая нежная и мягкая.
Улыбаясь одним уголком рта и пристально глядя ей в глаза, Стеббинс провел рукой по бедру вниз, к его внутренней стороне. Все между ног Гермионы сжалось в ожидании ласки, но голова все же брала верх над желаниями, поэтому девушка сжала бедра.
- Здесь нет Захарии, чтобы заставить его ревновать.
Приближался матч Хаффлпафф – Слизерин, и Смит усиленно тренировался, поэтому частенько Гермиона оставалась одна. Это время девушка решила использовать, чтобы подтянуть свою учебу – участвовать в еще одном разговоре с деканом не хотелось совершенно.
- Ты права, здесь вообще больше никого нет.
Сердце девушки подпрыгнуло. Это прозвучало настолько эротично, что она невольно подалась навстречу руке, которую Стеббинс так и не убрал. Не давая опомниться, парень протянул руку и сжал между ног Гермионы пальцами. Это было несколько больно и не так, как любила девушка, но ее тело все равно откликнулось на прикосновение.
- Ты увлажилась. Очень быстро. Ты такая сочная, мне хочется пить тебя.
Откровенные пошлости звучали мерзко и грубо, Гермионе захотелось поставить Стеббинса на место. Раздвинув бедра, показывая, что он ничуть ее не смутил, девушка посмотрела с легким презрением.
- Сожалею, что твои желания останутся неисполненными. А теперь убери, пожалуйста, свою руку. Я не люблю таких прикосновений.
- Какие ты любишь тогда?
- Нежные.
Ни один из них не стал смущаться и отступать. Гермиона пыталась перехватить инициативу, а Стеббинс просто оставался уверенным в себе. Он убрал руку из-под ее форменной юбки, но вместо того, чтобы уйти, придвинулся ближе. Обняв девушку за талию, он прижал ее к себе, заставив прогнуться, отчего напряглись мышцы даже внизу между ног. Его глаза улыбались, в то время как рукой он начал поглаживать грудь Гермионы.
- Кажется, ты меня не понял.
- О, я все прекрасно понял, ты хочешь более нежные ласки, вот я и даю их тебе.
Девушка вывернулась из его рук. Схватив учебник и сумку, Гермиона постаралась сохранить холодное выражение лица.
- Кажется, тут мне не дадут позаниматься, поэтому вернусь в башню Гриффиндора.
Она ушла из библиотеки в раздраенных чувствах. С одной стороны, ей не понравился подкат Стеббинса, в нем не было ни грамма эротизма как тогда на вечеринке. С другой, ее тело все же откликалось на его прикосновения, и ей было непонятно, почему.

Кажется, она позволяла себе слишком долго и часто думать о парнях – о всяких там Стеббинсах, Макмилланах и так далее. Гермиона в шоке смотрела на «У» по Зельеварению. Снейп всегда был тем еще гадом, хоть и неприлично так говорить про своего профессора, но все-таки «У» слишком мало даже по его меркам. За работы на уровне «П» он всегда ставил максимум «В», но никак не ниже. То есть, либо она написала на «Выше ожидаемого», либо… нет, она не могла сделать работу на «Удовлетворительно». Этого просто не может быть.
К Мерлину в штаны все это! Наплевав на то, что Снейп не зря носил прозвище Ужаса подземелий, Гермиона отловила его в одном из коридоров и настояла на разъяснениях. Изящно изогнув бровь («И как у этого гада так получается?!»), Снейп брезгливо, двумя пальцами взял ее работу.
- Мисс Грейнджер, вы готовитесь к ЖАБА по моему предмету, будьте любезны соответствовать стандартам. Ваша работа не заслуживает отметки выше У.
- Но почему, профессор? Я же раскрыла все вопросы, указанные вами, использовала дополнительную литературу…
- Замолкните, пока я не решил, что вы также глупы, как Уизли. Да будет вам известно, мисс Грейнджер, что не только ученики решают, по какому предмету пойти дальше учиться, но и учителя выбирают будущих учеников. Нет-нет-нет, не перебивайте, - его голос так и сочился ядом и притворной любезностью. – Я сейчас не говорю про проходной балл. Даже имея П по предмету, профессор может не брать вас на продолжение изучения своего предмета. Надеюсь, вы понимаете, к чему я клоню. Я согласился допустить вас к продвинутому курсу Зельеварения, ожидая, что вы проявите достаточно ума и способностей по моему предмету. Но вместо того вы вдруг выдаете мне вот это, - профессор встряхнул свиток с эссе. – Поверхностные рассуждения девчонки, которая лишь читает книги, но даже не пытается проникнуть в саму суть Зельеварения. Вы механически поработали над темой, даже не думая копнуть глубже – в закономерности, противоречия и соответствия законам науки. Любой идиот может прочитать пару книжек и пересказать их содержание. Чтобы написать достойное эссе, надо быть кем-то большим, чем простой заучкой. Надо быть думающим человеком, коим вы, к моему прискорбию, не являетесь.
Снейп швырнул свиток обратно Гермионе, классически развернулся на каблуках и удалился. Тяжело было в этом признаваться самой себе, но Снейп был прав. Стремясь окунуться в свой новый мирок, где она была желанной и популярной, Гермиона пожертвовала учебой. Самым страшным являлось то, что она не могла ответить, что для нее было важнее.

- Забей на него. Поверь, нам в жизни эти оценки не пригодятся совершенно. Более того – половина изученного не понадобится. Когда ты будешь работать, ты все равно будешь использовать лишь часть заклинаний и зелий, а если вдруг понадобится сделать что-то, что ты не знаешь – всегда можно будет открыть книгу и сделать все по ней. А все эти закономерности, о которых Снейп талдычит, не более чем лишние вещи. Тебе же не нужно знать, что содержится в шоколадных лягушках, чтобы есть их.
Гермиона признала правоту Захарии, и прижалась к нему сильнее. Было приятно, когда кто-то заботится о ней и не дает впасть в уныние. На сидящего напротив Стеббинса она старалась не смотреть.
- Слушай, тебе надо расслабиться.
Смит достал из кармана пиджака портсигар. Тогда, в угаре вечеринки, Гермиона попробовала самокрутку, но лишь по незнанию. Сейчас, когда они просто развалились на полу спальни, она бы не рискнула сделать затяжку. Хоть Захария и говорит, что это лишь релаксант, все-таки не зря же профессор Стебль отнесла дурман к наркотикам.
Видя ее колебания, Захария притянул Гермиону ближе к себе.
- Просто расслабься, я сам все сделаю.
Затянувшись, он прижался к ее губам и выдохнул дым ей прямо в рот, скользнув языком в поцелуе. Девушка растерялась, но это было так волнительно. Гермиона чувствовала себя раскрепощенной и необузданной. Сидя на полу в мальчишеской спальне, она покоилась в объятиях одного из самых популярных парней школы, а он так сексуально выдыхал дым ей в губы.
Поддавшись соблазну, Гермиона чуть наклонилась вперед и, игриво глядя на Захарию, нежно обхватила губами кончик сигареты. Не отрывая от него взгляда, она потянул дым, нарочно при этом прижавшись грудью к его руке.
- Детка, это было ошеломительно, ты так сексуальна.
Они курили и целовались, время от времени передавая самокрутку молча наблюдавшему за ними Стеббинсу. Гермиона испытывала извращенное удовольствие от того, что кто-то видит ее такой легкой и свободной, сексуальной и соблазнительной. Чем больше в ней было дурмана, тем больше ее поцелуи с Захарией были посвящены Стеббинсу. Она прогибалась в талии, откидывала за спину волосы, обнажала шею, только чтобы подразнить парня. Судя по его взгляду, ей это удавалось. Видя все это, Захария рассмеялся и поманил друга пальцем.
- Иди сюда, моя кошечка хочет, чтобы ты лучше видел все, что между нами происходит.
Если бы Гермиона не была пьяна наркотиком, она бы может возмутилась. Но в голове поселилась легкость и безбашенность, а между ног – маленький похотливый демон, требовавший большего. Стеббинс расположился с другой от Смита стороны, и Захария обнял его за шею, притягивая ближе. Теперь, когда они целовались Стеббинс мог видеть все, даже то, что находилось у Гермионы в вырезе блузки.
Оторвавшись от девичьих губ, Смит потрепал друга по голове.
- Видишь, как она горяча? Я уже обжегся, хочешь тоже? Малыш, поцелуй его.
Гермиона изогнула бровь, уточняя, правильно ли она поняла. Она не знала, хотела ли делать это, но одурманенная и счастливая готова была пойти на небольшой эксперимент.
- Поцелуй, я хочу, чтобы он знал, какая у меня восхитительная девчонка.
Наслаждаясь вниманием восхищением, Гермиона выгнулась в пояснице, оттопырив попку, и игриво коснулась губами губ Стеббинса.
- Нет, малыш, так не пойдет. Я хочу, чтобы ты доказала ему, что у меня самая классная девчонка в школе.
Захария соблазнился ее позой и запустил свою руку ей под юбку, погладив между ног через трусики. Моментом возбудившись, Гермиона медленно и чувственно поцеловала Стеббинса. Они ласкали друг друга губами, языками, слегка покусывая и посасывая, и все это в невыносимо-сладком медленном темпе, словно соревнуясь, кто первым не выдержит и набросится с большей страстью. Проигравшим оказался Стеббинс. Притянув Гермиону ближе, он заставил ее сесть на колени к Захарии и, обняв за талию, начал впиваться в ее губы жестким, требовательным поцелуем. Тем временем рука Смита продолжала ласкать девушку поверх трусиков. Оглушенная, Гермиона отдавалась ласкам, не совсем понимая, что происходит. Ей просто хотелось большего, чтобы ее целовали, гладили, тискали. Она хотела, чтобы кто-нибудь снял с нее трусики и вставил в нее член, потому что клитор уже изнывал от возбуждения и хотел дойти до высшей точки наслаждения. Но правила игры устанавливала не она. Наоборот, парни словно старались свети ее с ума. Стеббинс, не прерывая поцелуй, стал расстегивать ее блузку и ласкать груди, а Захария так и ласкал ее через белье, время от времени оттягивая его и касаясь голой плоти, но затем возвращая все на место. Гермиона тяжело дышала и постанывала в требовательные губы Стеббинса, а когда он особенно сильно сжал сосок, взвизгнула.
- Малыш, хочешь большего?
Гермиона кивнула.
Тогда Захария развернул ее, посадил к себе спиной и, взяв за колени, раздвинул ей ноги. Откинувшись всем телом на него, Гермиона извивалась и дрожала от желания. Травка подействовала странным образом – никогда до сих пор ее желание не было таким сильным. Плохо осознавая происходящее, она лишь шептала «Пожалуйста». Стеббинс оседлал колени Захарии и, отодвинув трусики девушки, вставил в нее свой член. Ахнув, Гермиона вцепилась в талию парня и подалась навстречу ему, но тут же почувствовала, что Смит удерживает ее на месте, не давая сдвинуться с его вставшего члена. Сознание было затуманено наркотиком и возбуждением, между ног все пылало и текло. В этой адской смеси Гермиона вдруг почувствовала себя счастливой. Ей безумно нравилось чувствовать обоих парней, в себе, рядом, прижатыми к ее телу. Она чувствовала себя прекрасной и совершенной, и скользящий в ней член подтверждал это. В какой-то момент Захария зашевелился и не без усилия расстегнул свою ширинку. Задрав юбку Гермионы повыше, он разместил свой член между ее ягодиц. Каждый раз, когда Стеббинс двигался вперед, входя в нее, Гермиона скользила попкой вдоль члена Захарии, заставляя его постанывать. И когда ее сотрясал оргазм, она почувствовала, как Стеббинс достал свой член и кончил ей на грудь и живот, а Захария – на попку со спиной.
Тяжело дыша и сидя на коленях своего парня, покрытая спермой, Гермиона чувствовала себя на седьмом небе. Это было потрясающе – заниматься сексом, с удовольствием, со страстью, быть привлекательной и иметь гораздо больше, чем другие девчонки в школе.

Гермиона немного волновалась, но Захария после того эпизода смотрел на нее с таким восторгом, что скоро все сомнения развеялись. Да и Стеббинс, кажется, остался неравнодушен. Впрочем, как и Макмиллан, и Корнер. И, Мерлин Великий, Гермиона ловила на себе взгляды. Если раньше на нее парни хоть и смотрели, но видели не больше чем заучку с Гриффиндора, то теперь они явно видели в ней гораздо больше. Захария все просто объяснил. Сказал, что сексуально свободная и довольная девушка излучает особую ауру, которая так привлекает парней. Чем больше удовольствия от секса она получала, тем привлекательнее становилась. Но еще один немаловажный фактор – чем больше в постели она себе позволяла, тем больше удовольствия получала. Звучало логично, да и практикой подтверждалось, поэтому Гермиона ему поверила. Так что она ничуть не удивилась, когда ее в одном из коридоров подземелий отловил Харпер. Он хоть и был слизеринцем, но частенько посещал вечеринки Захарии. Конечно, это не Смит организовывал те тусовки, просто на них было больше хаффлпаффцев и равенкловцев, после них шла пара-тройка слизеринцев, а вот с Гриффиндора кроме нее не было никого. Как объяснял Захария, гриффиндорцы были слишком правильными и честными, им нечего было делать в местах нарушения школьных правил.
- Привет.
- Привет.
- Я слышал, ты будешь не против, если я тебя приласкаю.
- Чего?
Гермиона посмотрела на него как на идиота и собиралась уйти, но парень схватил ее за руку, не давая сделать это. Тут ей стало страшно. Конечно, эти коридоры были не самым пустынным местом, но все-таки не известно, сколько пройдет времени, прежде чем кто-нибудь тут появится.
- Слушай, давай без этого. Поломаешься перед кем-нибудь другим, а я хочу сразу.
Харпер прижал девушку к стене и начал бесцеремонно лапать. Гермиона хотела, чтобы он отпустил ее, и стала сопротивляться, но куда ей было против высокого физически развитого парня, ей явно не хватало сил, а палочка лежала в школьной сумке, которую она уронила в процессе сопротивления домогательствам.
- Черт, да что в тебя вселилось? Всем даешь, а мне нет?
- Какого хрена?! Отвали от меня!
Девушка уперлась руками в грудь Харпера, но не могла сдвинуть его и на сантиметр, в то время как парень уже вовсю шарил у нее под юбкой, бесцеремонно хватая за интимные места.
У Гермионы заканчивались силы, когда раздались шаги и из-за угла вывернул кто-то из учеников.
- Что здесь происходит?
К своему ужасу, Гермиона узнала голос Малфоя. Только его не хватало сейчас! Мало того, что она подверглась такому обращению, чуть была не изнасилована, так теперь еще и вся школа об этом прознает, а Малфой будет дразнить ее весь оставшийся год. Впрочем, это при условии, если Харпер от нее отстанет. От обоих слизеринцев девушка ничего хорошего не ждала, так что могло случиться и так, что Малфой даст своему товарищу закончить дело.
- Да вот сучка сопротивляется. Перед всеми раздвигает ноги, а мне дать не хочет.
- А ты просил?
Гермионе хотелось реветь. Несмотря на неожиданное появление свидетелей, Харпер хватку не ослабил, и убежать от него не удалось. А Малфой, судя по его реакции, вмешиваться не собирается. Вера в чудо прошла, и девушка бессильно обмякла в наглых руках слизеринца.
- Просить еще всяких шлюх, - парень рассмеялся.
- Тогда брысь отсюда.
Харпер уставился на Малфоя, пытаясь понять, правильно ли он его расслышал. Через несколько мгновений игры в гляделки, он недовольно фыркнул и отпустил Гермиону.
- Не понимаю, чего ты вдруг заступился за эту. Ты же ее терпеть не можешь, а вот она очень даже любит мужские члены, я мог бы порадовать ее одним из них.
Малфой изогнул одну бровь в своем фирменном стиле. На мгновение забыв о том, что только что произошло, Гермиона задумалась, в каких отношениях находился слизеринец со Снейпом. Харпер отошел, и, потеряв опору, девушка рухнула на пол, подвернув себе лодыжку и обтесав ладонь о камень. Но ей было все равно, она только что избежала гораздо большего. На место страха пришло отупление, и вместо того, чтобы подняться, она продолжила сидеть на холодном полу.
- Грейнджер, я вижу твое белье.
Девушка одернула юбку и перевела взгляд на Малфоя. Харпер ушел, оставив их вдвоем.
- На твоем месте, я бы обратился к МакГонагалл. Если потребуется, могу быть свидетелем. А теперь вставай и иди за мной – я как раз шел в лазарет, что и тебе не повредит.
Не оставляя ей времени на раздумья и не проверяя, прислушалась ли она к его словам, Малфой направился в ту же сторону, куда ушел Стеббинс. Схватив сумку, Гермиона поковыляла за своим неожиданным спасителем, одежду она уже поправляла на ходу.

- Мисс Грейнджер, вы говорили, что у вас все хорошо.
- Так и есть, профессор, - Гермиона сидела перед деканом, пытаясь понять, почему же ее вызвали. Про случившееся с Харпером она не рассказала, мадам Помфри соврала, что просто подвернулся каблук, вот и упала. Так что о причинах своего присутствия в кабинете декана не догадывалась. Ведь не Малфой, в конце-то концов, рассказал о происшествие в подземельях.
- Тогда почему ко мне подошел профессор Снейп и пригласил вас на дополнительные занятия, объяснив, что в противном случае будет вынужден отказаться вас учить?
Гермиона задержала дыхание. Интересно, на такое приглашение – принять участие в знаменитых дополнительных уроках Снейпа, она напросилась благодаря тому выяснению ситуации с оценкой? Вряд ли бы профессор озаботился ее учебой просто чтобы она не вылетела с курса Зельеварения.
- Я получила не очень хорошую оценку за последнее эссе. Профессор Снейп сказал правду – мало дополнительной литературы, надо гораздо больше этого.
«Умничка, и не соврала, и преподнесла все в таком виде, что учила, готовилась, но просто этого оказалось недостаточно».
- Тогда понятно. Что ж, надеюсь, вы понимаете, что даже если вы не планируете в дальнейшем связать свою жизнь с профессией, требующей отменных знаний в Зельеварении, от такого удачного предложения отказываться не стоит.
- Конечно, профессор.
- В таком случае, я передам профессору Снейпу, что вы придете на следующее его занятие. О расписание вам сообщу либо я, либо он. Теперь можете быть свободны.
- Спасибо, профессор Макгонагалл.
Гермиона уже взялась за ручку двери, когда декан окликнула ее.
- Мисс Грейнджер.
- Да?
- Синяки на вашей руке.
Девушка бросила взгляд на свое запястье и быстро натянула блузку вниз, скрывая след от руки Харпера.
- Вы обязаны мне сообщить, если случилось что-то недопустимое.
- Знаю, профессор.
- Вы ничего не хотите сказать?
- Нет.
После такого-то заявления – «обязана» - точно ничего.
- Идите.

День был долгим, хорошо, что это была пятница. Гермиона сидела на подоконнике класса и ждала Захарию. С одной стороны, она боялась, что сюда заявится Харпер. С другой – палочка была наготове, а в голове крутился Петрификус. Когда дверь открылась, девушка вздрогнула, почти вскинула руку, но увидев, кто вошел, расслабилась.
- Привет, малыш. Ты чего такая дерганная?
- Зак…
Гермиона соскочила с подоконника и кинулась в объятия своего парня. Все невзгоды дня, все обиды отступили на второй план. В последнее время, опьяненная успехом, она совсем забыла про такие простые радости отношений, как объятия и поддержка. Впрочем, до сих пор у них не было особой необходимости во втором. Разве что Гермиона болела за Захарию и его команду во время матча по квиддичу.
- Рассказывай, что случилось.
Парень поглаживал девушку по голове, успокаивая, и Гермиона поняла, что вот сейчас все наконец-то будет хорошо. И она выложила ему все, что устроил Харпер. Она говорила яростно, захлебываясь собственными словами и слезами, злость поднималась из груди горячей волной, обжигая ее саму, но не причиняя никакого вреда козлу-слизеринцу. Гермионе хотелось растоптать его, а еще больше, чтобы это сделал Захария.
Выслушав сбивчивый рассказ, Смит поцеловал девушку в лоб.
- Ну-ну, ты чего. Я же говорил – тебя все хотят, Харпер один из твоих поклонников. Конечно, он действовал грубовато, напугал тебя, но он лишь хотел того же, что получаю я. Видимо, Стеббинс разболтал, что ему повезло оказаться между твоих прекрасных ножек, вот Харпер и не утерпел. Обещаю, я поговорю с ним, и в следующий раз он будет тактичнее.
- В смысле?
Гермиона отстранилась и непонимающе посмотрела на своего парня. Кажется, она что-то не так рассказала, раз он не понял всей серьезности ситуации.
- Зак, он хотел меня изнасиловать.
- Да нет, что ты, малыш. Он хотел заняться с тобой сексом, а не изнасиловать. Какое удовольствие принуждать девушку? Он просто не ожидал, что ты откажешь.
- С чего он вообще ждал, что я соглашусь?
- Ты красивая сексуальная девчонка, красивые сексуальные девчонки с удовольствием занимаются сексом.
- Не с Харпером же!
- А что не так с Харпером?
Разговор пошел вообще не в ту сторону, как хотелось Гермионе. Она ждала понимания и праведного гнева, а получила только недоумение и заверения, что ничего особенного не случилось.
Ребята стояли друг напротив друга и смотрели в глаза. Захария – с легким любопытством, Гермиона – с отчаянием и недоумением. Молчание затягивалось. В глубине души девушка уже все поняла, но еще отказывалась принимать это. Она не готова была столкнуться с этой истиной, с этой стороной своего парня. Она была не готова разочароваться в своих отношениях. Но чем дольше Захария молчал, не понимая, чем Гермиона опечалена, тем меньше в ней оставалось к нему светлых чувств. Постепенно в груди начало разрастаться черное облако гнева и ненависти, окутывавшее всю ее с головой. Отчаянно зарычав, девушка кинулась на Захарию, но он схватил ее за руки, не давая вцепиться в него.
- Черт побери, зараза ты такая, успокойся! Какого хера я тебя сделал? Совсем ополоумела бросаться?!
Захария оттолкнул Гермиону, но приготовился снова защищаться. Но девушка и не думала продолжать этот диалог, в какую бы форму он не трансформировался.
- Катись к черту, козел. Ненавижу тебя!
Не сумев сдержать слез, девушка выбежала из кабинета и бежала так быстро, как только могла. Она спотыкалась, но не падала, а продолжала нестись вперед. Было чертовски больно, обидно и одиноко. Словно ей проткнули сердце ножом и вынули его. Она могла и раньше понять, что за тип перед ней. Почему, почему ее не насторожило его легкое отношение к изменам? Он их даже за измены не считал. Может, он ее даже не любил? Наверное, не любил. Просто баловался, использовал для своих утех и извращенных фантазий. Что там Джинни говорила про слухи про него? К черту все! Она больше не вернется в эту компанию. Жгучий стыд поднялся откуда-то из горла. Мерлиновы штаны, она такое творила на вечеринках и встречах! Наверняка эта компашка не будет держать язык за зубами. Ее репутации конец! Судя по всему, ей могут еще встретиться такие вот Харперы. И что делать? Ходить везде с кем-нибудь? Но с кем? У друзей своя личная жизнь, им не до нее. Может, с Невиллом? Нет, будет нечестно по отношению к нему. Кажется, он был слегка влюблен в Гермиону.
Девушка прижалась лбом к холодному камню. В совятне никого не было, только она и птицы. Больше никого и не надо было. Ей не нужен никакой Захария, к черту Рона и Гарри, в топку Джинни! Ей не нужен никто. Она давно лишилась родителей, хоть со стороны это так не казалось, теперь она лишилась всего. Ничего страшного, переживет, ей не привыкать.
- Грейнджер? Что-то часто вижу тебя в последнее время.
Гермиона закрыла глаза, не желая делать вид, что она вовсе не прижималась лбом к камню. Какого черта Малфой здесь делает? Его никто не ждал и не звал.
- Ты сама виновата. Связаться со Смитом и надеяться, что после этого не будет таких эпизодов как с Харпером.
Кровь отхлынула от лица Гермионы, а ее руки задрожали. Малфой знает. Малфой все знает. Ее жизнь кончена.
- Только не говори, что ты не знала?
- Чего? – голос звучал хрипло, а горло свело судорогой. Она вся была напряженная как струна и готовая в любой момент сорваться.
- Любая, кто свяжется с ним, потом начинает идти по рукам.
Гермиона резко крутанулась, повернувшись к Малфою лицом. Он стоял у окна, облокотившись на подоконник, и внимательно смотрел на нее. К своему удивлению, девушка не увидела в его взгляде презрения или ликования.
- Ты действительно не знала? - в его голосе прозвучало легкое удивление.
- Знаешь, никогда особо не интересовалась сплетнями про чужую личную жизнь.
- Когда влюбилась в Смита, могла бы поинтересоваться. Твоя подружка Уизли ничего тебе не рассказала?
- При чем тут она?
- Ее однокурсница влипла в историю со Смитом. Конечно, можно предположить, что она не в курсе всего произошедшего, но что-то ведь до нее долетало.
Да, и она вроде даже пыталась предупредить Гермиону, да только недостаточно усердно.
- Расскажи… пожалуйста.
- Про гриффиндорку точно не знаю, поэтому лучше про равенкловку. Может видела ее – часто носит футболку со словом «Металлика». Понятия не имею, что это значит.
- Хаффлпаффка, - прошептала Гермиона. Она помнила ту девушку.
- М?
- Она с Хаффлпаффа.
Малфой на секунду задумался.
- Ну да, с него. Перепутал. В общем, так же, как и ты, влюбилась в Смита, - Гермиона вскинула голову и с гневом посмотрела на Малфоя. Он закатил глаза. – Слушай, это даже слепой бы заметил.
- Гарри с Роном не заметили.
- Ну я же не говорю, что тупой, только про слепого. У Поттера может плохое зрение, но снитч он всегда видит. Так что при достаточном количестве мозгов заметил бы, что его подружка влюбилась. Не удивлюсь, если он до сих пор не в курсе, что ты встречалась со Смитом. Я же правильно понимаю, что вы уже расстались?
Почему-то Гермиона кивнула в ответ.
- Ты меня сбила с мысли. Если действительно хочешь знать – не перебивай, а то так и не расскажу тебе, что знаю.
Малфой выждал пару мгновений, не Гермиона молчала, и тогда он продолжил:
- В общем, влюбилась эта Металлика в твоего… прости, уже просто в Смита. Причем влюбилась открыто, ничего не стесняясь. Если ты максимум пялилась на него издалека, то эта просто бегала за ним, подарками заваливала, на обеде прислуживала. Я потому и знаю про нее лучше – за этой историей вся школа следила.
Гермиона начала смутно припоминать, что чуть больше полутора лет назад что-то подобное действительно было. Но Смит ее тогда не интересовал, она была увлечена другим человеком, поэтому и в историю не вникала. Да и вообще тогда была вся в учебе, готовилась к СОВ, даже во время обеда читала учебники.
- Как я понял, скоро они начали встречаться. А через месяц-два после этого по гостиной Слизерина поползли слухи о том, что в школе появилась давалка. Некоторые из наших ребят, в том числе Харпер, тусуются со Смитом да Стеббинсом, вот они и рассказали. Говорили, что Смит это все очень ловко провернул. Заливал девке, что она сексуальная, ее все хотят, и ему нравится, когда другие парни глазеют на его девчонку. Не скрою, приятно, когда встречаешься с популярной красоткой, а не хромоногой уродиной, и приятно, когда обходишь других парней на пути к ее сердцу. Но Смит пошел дальше – начал раздавать свою Металлику направо и налево. Ну там одному парню давал ее потискать, другому ее показывал во всей красе, юбку задирал при всех. Конечно, если бы девчонка была с хорошей самооценкой и любила себя, такого бы с собой вытворять не позволила. Но Смит все правильно рассчитал – если бегает так за ним, значит, можно сломать и сделать подстилкой. Началось все с того, что они со Смитом были парочкой, а закончилось тем, что она теперь главная школьная девочка на одну ночь. Конечно, ей это видимо нравится, раз продолжает ложиться под Смитов и Харперов, но потом была та гриффиндорка с шестого, а теперь он попытался это же провернуть с тобой. Не знаю, не спрашивай. В гостиной про тебя слухов еще не было. Но раз Харпер начал распускать руки, значит Смит дал добро на «общее пользование».
Слова Малфоя были сухими, хлесткими, жестокими, но Гермиона понимала, что сама во всем виновата. А еще понимала, что успела это закончить. Мерлин, несколько поздно, но не слишком. Смит, Стеббинс, частично Макмиллан, слегка Корнер, да Харпер пытался примазаться. Черт, слишком большой список для такой маленькой школы. Какое унижение! Щеки Гермионы пылали, а на глазах против ее воли выступали слезы. Как же ей теперь быть?
- Тебя же Снейп пригласил на свои дополнительные занятия? Там никого из этой шайки нет. Отвлечешься, может и забудется эта история. Да и свободного времени на всякие мысли будет меньше. Учебу наконец-то подтянешь.
Гермиона вскинулась и изогнула бровь, спрашивая «О чем это ты?». Малфой закатил глаза.
- Хотя бы меня за идиота не держи! Я тебе не Уизли, который не увидел разницы в твоих ответах на уроках. Раньше они были глубокими и со знанием дела, а теперь так – учебник оттарабанила и села на место. Понимаю, что вам, девчонкам, эта любовь важнее всего на свете. Да только не стоит Смит того, чтобы из-за него губить свое будущее.
Задумавшись на мгновение, Гермиона признала правоту Малфоя, а еще где-то в глубине души ей было приятно, что он оказался настолько наблюдательным. Может, конечно, он в принципе все замечает, но девушке было приятно думать, что… стоп! Эти мысли – пережиток прошлого, она давно от них отказалась, не стоит возвращаться к пройденному.
- Малфой,
- М?
- Спасибо.
Гермиона была предельно серьезна и сосредоточена, даже готова была к резкому ответу блондина, но он лишь неопределенно пожал плечами и отвернулся к окну. Разговор был окончен, и гриффиндорка покинула совятню.

На следующий день профессор Макгонагалл передала Гермионе свиток. Как оказалось, занятия были в субботу и среду вечером. Так даже лучше – чем меньше в выходные у нее будет свободного времени, тем менее одинокой она будет себя чувствовать. В сторону хаффлпаффского стола девушка даже не смотрел, села к нему спиной и старательно делала вид, что ничего не случилось. Правда, ее поведение не осталось незамеченным. Парвати с Лавандой переглянулись и очень громким шепотом спросили:
- Вы расстались с Захарией?
Джинни тут же посмотрела на подругу с удивлением:
- Правда?
У Рона же была несколько иная реакция:
- Ты встречалась со Смитом?
Мерлин, а ведь Малфой был прав – Рон даже не знал об этом. Странно, что ему Лаванда не рассказала, хотя судя по тому, что Гермиона видела, эта парочка большую часть времени была занята засовыванием языков друг другу в рот.
Гарри лишь бросил на девушку заинтересованный взгляд. Кажется, он был в курсе событий, но почему-то ни разу не поднимал эту тему. Может, потому что такой же, как и все мальчишки вокруг – равнодушный к чужой личной жизни.
Скрываться было бы глупо, поэтому Гермиона ровно ответила:
- Расстались.
- Почему?
Казалось, что у Лаванды и Парвати носы зашевелились от любопытства, хотя это скорее была игра света и тени. Отвечать, особенно этим сплетницам, которые интересовались не из симпатии к Гермионе, не хотелось. Неопределенно пожав плечами, девушка уткнулась в свою тарелку, пресекая дальнейшие расспросы.
Однако, Джинни все же поймала ее в гостиной Гриффиндора. Тут Гермиона не выдержала:
- Какая же ты подруга?! Почему ты мне ничего не рассказала про Смита со своей однокурсницей? И что он с ней сделал. Или про девчонку с Хаффлпаффа.
- Мио, прости, я сама толком ничего не знаю про историю с Мэри. Знаю только, что они встречались, потом между ними началась какая-то фигня. Я действительно не имею малейшего представления, что у них там произошло. Знаю только, что Мэри теперь частая гостья в мальчишеских спальнях. Но не уверена даже, что Смит тут как-то замешан. Просто у них была какая-то мутная история, и все. Честно тебе говорю, я не знала.
- А про хаффлпаффку?
- А что с ней? Ну да, бегала за Смитом, встречались, расстались. Дальше-то что?
Подруга была искренней, и Гермиона поверила, что та действительно ничего не знала. Говорить «Слушай, понятия не имею что, но что-то было не так, поэтому ты лучше со Смитом не встречайся» было нелепо. Но все же девушка была расстроена и несколько обижена.
- Прости, Джин, мне надо остыть.
- Гермиона… ты не скажешь, что случилось?
- Нет. Я не хочу об этом говорить.
Гермиона ушла в свою спальню и решила весь день готовиться к вечернему Зельеварению со Снейпом. Вряд ли профессор будет готов терпеть ее на дополнительных занятиях без достаточных знаний.

Занятия ее удивили так, что долго пыталась осознать, что же это было. Снейп, несмотря на то, что среди учеников были не только слизеринцы, проявил до этого скрываемые педагогические способности. Профессор объяснял все спокойно, доступно, понятно, разжевывая каждую деталь новой темы и каждый ингредиент зелья. Он охотно и подробно отвечал на вопросы, а когда его подзывали к котлу – объяснял, где какая ошибка была совершена, как ее исправить или что нужно было делать в тот или иной момент. Одним словом – номинант на премию «Учитель года». К сожалению, на уроках Снейп оставался прежним. Правда, расстраивало это Гермиону не долго. В конце концов, она оказалась допущена к дополнительным занятиям, которые увлекли ее в первый же день. Теперь она понимала, почему слизернцы восхищались своим деканом. Если он всегда такой вне обязательных уроков – было за что его любить. Неожиданно Макгонагалл стала не дотягивать до уровня Снейпа, дополнительных занятий по своему предмету она не проводила, ни с кем подробно свой предмет не разбирала. Давала все строго в рамках учебной программы на уроках. Неловко было признаваться, но Гермиона готова была влюбиться в нового Снейпа.
И даже Малфой на его уроках оказался самой душкой! Нет, конечно, те два эпизода помогли Гермионе по-другому на него взглянуть. Но дополнительные занятия по Зельеварению творили просто чудеса. Малфой не был занозой, если кто-то задавал глупый вопрос или неправильно отвечал – готов был объяснить, в чем заключалась ошибка. С него слетал вся спесь и высокомерие – он становился обычным довольно приятным в общении человеком. И когда в понедельник Гермиона снова столкнулась с неприятной версией слизеринца, то даже расстроилась. Ей, неловко признаваться, нравилась новая версия Малфоя.
Но что ее точно не устраивало, так это Смит. Несмотря на то, что гриффиндорка старалась его избегать, он все же выловил ее в одном из коридоров и зажал в небольшой нише, где раньше стояли доспехи.
- Малыш, куда ты пропала? Я соскучился по тебе, - рука Смита сначала погладила талию девушки, а потом поползла вниз к бедру. Гермиона попыталась его отпихнуть, но не вышло – он был гораздо сильнее.
- Какого черта ты себе позволяешь?!
- В смысле? Обнимаю свою девушку.
- Мы расстались.
- Что за глупости? Малыш, не обижайся, давай мириться, - Смит попытался поцеловать Гермиону, но не вышло – она отвернулась.
- Захария, я серьезно. Между нами все кончено.
- Да почему? Что случилось-то?!
Девушка задохнулась от возмущения. Если сначала, когда Смит зажал ее, он просто разозлилась, то теперь ей стало противно. Этот гад даже не понимал, какого черта сделал! Она сказала, что на нее напал Харпер и попытался взять ее силой, а он не услышал в этом ничего страшного. Более того, обещал поговорить, чтобы в следующий раз слизеринец действовал аккуратнее! Эпизод со Стеббинсом можно было не без стыда списать на групповой секс. Но то, что Смит не был против, если бы Гермиона без его участия переспала с Харпером, объяснить никак нельзя было. Точнее, можно, да только объяснение девушку не радовало. А уж что рассказал ей Малфой… не верить ему у Гермионы не было причин. Смит стал ей омерзителен. К сожалению, сейчас она была вынуждена терпеть его рядом, так как не получалось вырваться из его захвата.
- Ты козел, но сам этого не понимаешь!
- Предупреждаю, угомонись, - Смит нахмурился и схватил Гермиону за руки, не давая его отталкивать и впиваться ногтями в тело. – Ах ты зараза!
Парень прижался к ней со всей силы, не давая даже возможности дышать, и, почему-то, начал тереться об нее членом.
- Сейчас я успокою тебя. Знаешь, отчего девки стервами становятся? От недотраха. Видимо и Харперу ты не дала, потому что тебя давненько хорошо не имели. Забыла, что создана для членов.
Он нес какую-то чушь, но больше всего Гермиону напрягало то, что Смит реально пытался залезть к ней под юбку. Хоть они и встречались еще буквально недавно, все равно она была против, а значит это считалось насилием. Мало ей было Харпера! Будь проклят день, когда она влюбилась в этого сукиного сына Смита! От бессилия и страха на глазах навернулись слезы, а сил сопротивляться было все меньше. Гордость требовала взять себя в руки и не показывать парню свое отчаяние, но хрупкая женская душа надеялась, что Смит сжалится, увидев ее слезы. Но его не интересовало ничего, кроме ее трусиков, которые он упорно пытался стянуть.
Неожиданно послышался глухой звук удара, и Смита швырнуло на Гермиону, хотя казалось, что между ними уже не осталось свободного пространства. Моментов взъярившись, Смит развернулся на каблуках и со злостью уставился на Малфоя.
- Ты!
Больше он ничего сказать не успел – Малфой еще раз врезал ему, на этот раз в нос. Смита снова швырнуло на Гермиону, и девушка постаралась быстрее отбежать в сторону, пока хаффлпаффец вертелся и выл от боли.
- Грейнджер, мы можем пойти к вашему декану, нет, лучше к директору, и подать официальную жалобу на сексуальное домогательство.
Представив, что после этого начнется, девушка помотала головой.
- Хорошо, сейчас оставим это. Но если ты еще раз будешь распускать свои поганые ручонки, поверь, я использую все влияние семьи Малфоев, чтобы судили тебя по всей строгости.
Смит злобно полыхнул глазами, но связываться не стал. Сжав кровоточащий нос, он молча направился в сторону медпункта. Только после того, как парень скрылся с глаз, Гермиона смогла выдохнуть.
- Малфой… Спасибо. Я не знаю, как тебя благодарить.
- Просто ближайшее время не ходи одна, я не смогу каждый раз вовремя появляться.
Девушка усмехнулась. Немного горько – ей не с кем было постоянно ходить вместе. И немного удивленно – она не ожидала вдруг получить заступничество своего вечного врага. Мир свихнулся, и она вместе с ним.
- Что-то не так? – Малфой изогнул бровь в своем фирменном стиле.
Гермиона ответила как есть. Какой смысл врать?
- Неужели друзья не помогут тебе, если ты попросишь о помощи?
- Не уверена, что готова буду рассказать им правду.
Блондин понимающе кивнул. Задумался.
- Ты же можешь сделать монеты, с помощью которых можно передавать сообщение? Вот и сделай парочку. Так я точно смогу оказаться в нужное время в нужном месте. Что ты так удивляешься? Смит разболтал своим дружкам, ну а Харпер – нам.
Гермиона молчала. Она была в таком шоке, что даже слова не могла произнести, она даже дышать забыла! Это галлюцинации! Определенно! Просто обычное, милое маленькое сумасшествие. С чего бы Малфою ей помогать? Он хорошо учится, значит не ради списываний. Может думает, что так получит безлимитный секс? Ну типа она же бывшая подружка Смита. Да ну, бред какой-то. Стал бы он так заморачиваться чтобы переспать с ней. Была бы она неземная красотка чистых кровей – этот вариант можно было бы рассмотреть, а так он даже не обсуждается.
- В общем, Грейнджер, сейчас тебе вряд ли что-то угрожает – Смит в лазарете, Харпера я предупредил, так что дойдешь сама. Но монеты сделай. Как сделаешь – пришли мне одну совой. Я буду ждать.
Убедившись, что его слова были услышаны, Малфой развернулся и направился вниз, в сторону подземелий. А Гермиона так и осталась стоять, пытаясь понять, почему никто ее не предупредил о съехавшем с катушек мире.

@темы: фанфик, ГП, плохая девочка, гет